Караджича мог выдать кто-то из пациентов

Стало известно, что пресловутую «сеть укрывателей и пособников» лидера боснийских сербов составлял один-единственный человек - сын брата Радована Караджича Луки тридцатилетний Драган. Журналистам белградского издания «Вечерне новости» он показал два мобильных телефона: один Радована, другой - его. Оба имели по одному номеру: телефон Радована - номер Драгана, Драгана - его дяди. После ареста Караджича и изъятия мобильника, стало известно о Драгане. Теперь телефон дяди вернули ему. Последний месяц до ареста Радована Драган находился в Черногории. Теперь винит себя, что дядя арестован: «Если бы я был тут, этого не произошло. На мой след они бы не вышли».

В интервью «Новостям» Драган рассказал, что с дядей они общались, в основном, посредством СМС. Радован сообщал, что ему нужно, Драган покупал газеты, еду. Отвозил дяде, меняя три - четыре такси. Он подтверждает, что Караджич все время скрывался в Белграде и других частях бывшей Югославии, и из страны никогда никуда не выезжал. На улицах Белграда стал появляться только полтора года назад. До этого скрывался на разных квартирах, которые снимал Драган. Последнюю квартиру Караджич снимал сам по паспорту Драгана-Давида Дабича. Племянник тоже имел ключ от этой квартиры. Навещал дядю, приносил еду и деньги: «Радован что-то зарабатывал, но этого было недостаточно».

Драган говорит, что Радован не ожидал ареста, надеясь, что новая внешность сделала его абсолютно непохожим на прежнего Караджича. Кроме отца Луки, никто из родственников не знал, что Драган контактирует с Радованом.

Драган заговорил о завете матери Радована Караджича, не сдаваться живым в руки врагов: «Я сказал дяде, у него умерла мать. Все равно бы он прочитал об этом в газетах. Мы сидели и молчали. Он знал о ее завещании не сдаваться живым. Он бы никогда не сдался».

Как сообщила 27 июля белградская газета «Пресс», после публичного признания Драганом того, факта, что он оказывал поддержку Радовану Караджичу на протяжении последних пяти-шести лет, ему грозит тюремное заключение сроком до двух лет.

«Пресс» пишет, что при встрече в тюрьме Караджич сказал племяннику, что знает, как его нашли: «Он мне сказал «Саша [Караджич называл Драгана именем своего сына], я допустил одну ошибку». Он мне не сказал какую. Но я предполагаю, что это связано с его пациентами. Возможно, его узнали по голосу. В последнее время он часто появлялся на людях».

Прокуратура по военным преступлениям пока отказывается комментировать признания Драгана Караджича.
Михаил Ямбаев, к.и.н., н.с. Института славяноведения РАН, специально для Русской линии