Информационное агентство «Белые Воины»

Русская линия

Светлана Ляхова

25.06.2018 


«Стерегущий». Легенда Российского флота
Этот героический эсминец вступил в бой с четырьмя японскими миноносцами

Во время сражения осколками был перебит фал, на котором держался Андреевский флаг. Моряки прибили флаг гвоздями к мачте.

Эскадренный миноносец *Стерегущий*Это случилось 10 марта 1904 года. Русско-японская война началась всего месяц назад. Командующим Тихоокеанским флотом был назначен вице-адмирал Степан Осипович Макаров – талантливейший военный моряк, океанограф, полярный исследователь, кораблестроитель, совершивший к этому моменту кругосветное путешествие, сконструировавший первый отечественный ледокол «Ермак», автор теории непотопляемости кораблей. Он стремился в Порт-Артур задолго до начала войны с Японией, предсказывал эту войну. «Меня пошлют туда, когда дела наши станут там совсем плохи», – говорил Степан Осипович. Предсказания Макарова не замедлили сбыться.

Прибыв в Порт-Артур, Макаров тут же приказывает усилить разведку. «Моё правило: если вы встретите слабейшее судно – нападайте; если равное себе – нападайте; и, если сильнее себя – тоже нападайте», – стратегия нового командующего.

Этим утром эсминцы «Решительный» и «Стерегущий» возвращались из разведывательного похода к островам Эллиота. Поход не принёс успеха – корабли были замечены неприятелем и были вынуждены скрываться за островами. Манёвр занял больше времени, чем предполагалось, и было принято решение возвращаться в Порт-Артур.

Внезапно на горизонте показались четыре силуэта кораблей противника. Это были японские миноносцы-истребители «Акебоно», «Сазанами», «Синономе» и «Усугумо». Они пришли на рейд Порт-Артура прошлой ночью с целью атаковать находившиеся там русские корабли. Но рейд оказался пуст. Тогда японцы сбросили в воду светящиеся буйки. В темноте они должны были имитировать огни неприятельских кораблей, вводя в заблуждение русских артиллеристов, которые зачастую открывали по ним огонь. И в этот раз, осветив буйки, береговые батареи произвели несколько выстрелов. Считая задачу "вызвать напрасный расход неприятельских снарядов" выполненной, японские миноносцы около 6 часов утра направились на юг на соединение с главными силами адмирала Xейхатиро Того.

Старшим отряда русских миноносцев был капитан 2 ранга Фёдор Эмильевич Боссе, командир "Решительного". "Стерегущим" командовал лейтенант Александр Семёнович Сергеев, принявший миноносец за неделю до получения задания. Старший, кавторанг Боссе, принял решение прорваться в Порт-Артур, сделав петлю и обойдя японские корабли – разведчикам было приказано «без особой нужды» с вражескими миноносцами в бой не вступать, «стараясь избегать столкновений в целях выполнения основного задания-разведки».

Но неприятель заметил наши корабли. Это случилось около 6 часов утра. Начался жаркий и короткий бой.

Головной «Акебоно» шёл параллельным курсом. За ним – «Сазанами». «Решительный», имея преимущество в расположении, оказался немного впереди японских «истребителей», и это позволило ему оторваться от преследования. «Стерегущий» же оказался в зоне действия артиллерии сразу двух кораблей – «Акебоно» и «Сазанами», и с первых минут боя был засыпан градом неприятельских снарядов. Через несколько минут в бой вступили остальные неприятельские корабли. В машинное отделение «Решительного» попал снаряд и повредил паропровод, корабль окутался паром. Но, к счастью, на скорости корабля это не отразилось, машинисты исправили повреждения, и «Решительный» продолжил движение к берегу. Он стремительно уходил!

Весь огонь японцы сосредоточили на «Стерегущем». Оставшись один на один с «истребителями», «Стерегущий» продолжал осыпать их снарядами. Один из снарядов попал в головной «Акебоно» в опасной близости к кормовому патронному погребу (всего после боя было насчитано 27 пробоин от ударов нашего эсминца!), но после краткой остановки тот продолжил обстрел нашего эсминца. «Стерегущий» не сдавался. Надежда прорваться в Порт-Артур ещё оставалась! Однако в 6 часов 40 минут снаряд, разорвавшийся в угольной яме и повредил сразу оба котла. «Стерегущий» стал быстро терять ход.

Лейтенант Сергеев был тяжело ранен, но не покинул мостика. Истекая кровью, он продолжал командовать боем. «…Деритесь так, чтобы каждый выполнил свой долг перед Родиной до конца, не помышляя о позорной сдаче неприятелю родного корабля», – такими были последние слова умирающего лейтенанта. Но никто и не думал сдаваться. Они погибли почти все – из 49 человек команды в живых осталось четверо. Погибли на своих постах командир миноносца лейтенант Aлександр Cеменович Сергеев и вахтенный начальник мичман Константин Владимирович Кудревич, был убит минный офицер лейтенант Николай Семёнович Головизнин, распоряжавшийся спуском на воду вельбота, и судовой механик младший инженер-механик Владимир Спиридонович Анастасов. Во время боя осколками был перебит фал, на котором держался Андреевский флаг. Моряки прибили флаг гвоздями к мачте! Бой продолжался до последнего снаряда. В 7 часов 10 минут 10 марта 1904 года пушки «Стерегущего» замолчали навсегда.

«В полубак попало три снаряда, палуба пробита, один снаряд – в правый якорь. С обоих бортов снаружи следы от попаданий десятков больших и малых снарядов, в том числе пробоины близ ватерлинии, через которые при качке в миноносец проникала вода. На стволе носового орудия след попавшего снаряда, близ орудия труп комендора с оторванной правой ногой и сочившейся из раны кровью. Фок-мачта упала на правый борт. Мостик разбит в куски. Вся передняя половина судна в полном разрушении с разбросанными осколками предметов. В пространстве до передней трубы валялось около двадцати трупов, обезображенных, частью туловища без конечностей, частью оторванные ноги и руки – картина ужасная, в том числе один, видимо, офицер, на шее у него был надет бинокль. Установленные для защиты койки местами сгорели. В средней части миноносца с правого борта одно 47-мм орудие было сброшено со станка и исковеркана палуба. Число попавших снарядов в кожух и трубы было очень велико, также, видимо, были попадания в сложенный между трубами брикет. Кормовой минный аппарат был повёрнут поперёк, видимо, готовый к выстрелу. В кормовой части убитых было немного – только на самой корме лежал один труп. Жилая палуба была совершенно в воде, и войти туда было нельзя… Вообще положение миноносца было настолько ужасное, что не поддаётся описанию» – это из рапорта японского мичмана Ямадзаки, поднявшегося на корабль для осмотра. Да и кораблём то, что осталось от «Стерегущего», назвать было трудно – на воде качался лишь разрушенный остов миноносца, без мачт, труб, с развороченными бортами, залитый кровью.

Четверо оставшихся в живых матросов – выброшенные взрывом за борт кочегар Иван Хиринский и машинист 2-й статьи Василий Новиков, и поднятые из трюма кочегарный квартирмейстер Пётр Хасанов и кочегар Алексей Осинин – были переправлены на палубу японского крейсера и отправлены в Сасебо, где их ждало письмо от имени японского морского министра адмирала Ямамото: «Вы, господа, сражались храбро за своё Отечество и защищали его прекрасно. Вы исполнили свой тяжёлый долг как моряки. Я искренне хвалю вас, вы — молодцы».

Тем временем, видя, что береговая артиллерия Порт-Артура молчит, японцы приняли решение отбуксировать «Стерегущий» в качестве трофея. Закрепив буксирные тросы с «Сазанами» на рыме «Стерегущего», японцы попробовали начать движение. Это удалось с трудом – полузатопленный корабль с перебитыми штуртросами плохо поддавался буксировке. Однако уже в 8 часов 10 минут «Сазанами», постепенно увеличивая скорость, потащил «Стерегущий» в море, навстречу японской эскадре. Три оставшихся «истребителя» составляли своеобразный почётный эскорт. Но буксировка не удалась, трос оборвался спустя 18 минут. Миноносцы вновь остановились.

Степан Осипович МакаровМежду тем, вице-адмирал С.О. получил известие о бое наших кораблей с сигнальной станции с Золотой горы и немедленно приказал крейсерам «Баян» и «Новик» готовиться к выходу в море. Прорвавшийся в Порт-Артур «Решительный» сообщил о бедственном положении «Стерегущего». Медлить было нельзя, и адмирал перенёс свой флаг на «Новик».

Видя буксируемый японцами «Стерегущий», «Новик» и «Баян» с максимальной дистанции открыли огонь по неподвижно стоявшим японским миноносцам. Одновременно открыли огонь и молчавшие до сих пор береговые батареи. Флагман японцев отдал приказ – бросить захваченный миноносец и расстрелять его!

Добить израненный русский корабль начальник отряда поручил «Усугумо», который и направился к «Стерегущему». Однако, оценив обстановку, капитан 2 ранга М. Цуция отменил свой приказ и направил «Усугумо» к флагманскому броненосцу «Микаса», где и доложил адмиралу Xейхатиро Того о событиях этой ночи.

Спустя полчаса, в 9 часов 20 минут «Стерегущий» затонул. Волны Жёлтого моря сомкнулись над героическим кораблём и принесли долгожданный покой его израненному корпусу и вечную славу его экипажу.

В составленном Морским генеральным штабом в Токио «Описании военных действий японского флота на море в 37-38 гг. Мейдзи (в 1904-1905 гг.)» сказано, что затонул он в 7 милях на OSO от маяка Ляотешань.

Позже вдова лейтенанта А.Сергеева и отдельные публицисты корили капитана «Решительного» за то, что он, спасая свой экипаж, оставил «Стерегущего» на верную гибель. Однако вице-адмирал С.О.Макаров полностью поддержал действия капитана Фёдора Боссе, отметив в рапорте, что повернуть «Решительному» на выручку – «значило погубить вместо одного миноносца два». «В этих условиях выручить «Стерегущий» было невозможно», – констатировал Макаров. Фёдор Боссе был оправдан и «за прорыв сквозь неприятеля в свой порт» удостоен ордена Св. Георгия IV степени, а все моряки «Решительного» получили различные награды.

Как родилась легенда о затоплении «Стерегущего» двумя неизвестными моряками – доподлинно неизвестно. Говорят, что слух об этом пошёл с лёгкой руки корреспондента английской «Таймс» (он, в свою очередь, ссылался на слова «японского донесения»). Сообщалось, что когда японцы взяли на буксир русский миноносец, оставшиеся на «Стерегущем» два матроса заперлись в трюме и, несмотря на все уговоры японцев, не только «не сдались врагу, но вырвали у него добычу»; они «наполнили родной миноносец водой и погребли себя вместе с ним в морских пучинах». Попав на газетные полосы, это сообщение обошло всю Россию.

В мае 1904 года в Петербурге была издана открытка в память о гибели «Стерегущего» и двух матросов-героев, на которой изображались миноносец, его командир, давалась краткая характеристика корабля и подвига, а также приводилось стихотворение неизвестного поэта:

«Два сына "Стерегущего" в пучине спят морской,

Их имена неведомы, сокрыты злой судьбой.

Но слава, память светлая пребудет навсегда

О тех, кому могилою – глубокая вода,

Герои безымённые, не нужно вам имён:

Вы гордость нашей Родины, краса её знамён».

Скульптор К. Изенберг создал модель памятника «Двум неизвестным морякам-героям» и в августе 1908 года она удостоилась «высочайшего одобрения» Николая II.

Было проведено тщательное расследование, в ходе которого выяснилось, что конструкция миноносца – а он принадлежал к серийным миноносцам типа «Сокол» – не предусматривала наличия специальных кингстонов для затопления корабля, и в целом слишком много разночтений в показаниях выживших. Следовательно, гибель двух неизвестных матросов, открывших кингстоны, «есть выдумка» и «как выдумка она не может быть увековечена в памятнике».

Морской генеральный штаб 2 апреля 1910 года обратился с докладом на высочайшее имя, где спрашивал, «надлежит ли считать предполагавшийся к открытию памятник сооружённым в память геройского самопожертвования двух оставшихся неизвестными нижних чинов команды миноносца «Стерегущий», или же открыть этот монумент в память геройской гибели в бою миноносца «Стерегущий»?». «Считать, что памятник сооружён в память геройской гибели в бою миноносца "Стерегущий"«, – такова была резолюция Николая II.

26 апреля 1911 года в торжественной обстановке памятник «Стерегущему» открыли на Каменноостровском проспекте в Петербурге. На торжествах присутствовал и Николай II. Четыре оставшихся в живых матроса «Стерегущего» были награждены Знаками отличия военного ордена св.вмч. Георгия (обычно его называли Георгиевским крестом). 10 мая 1913 года по «высочайшему повелению» памятник передали городу Петербургу «при описи и особом акте», а гипсовую модель памятника – Кронштадтскому порту. До настоящего времени этот великолепный памятник с лаконичной надписью «СТЕРЕГУЩИЙ» украшает один из красивейших проспектов города на Неве.

Памятник *Стерегущему* в Александровском парке на Каменноостровском проспекте в Санкт-Петербурге

«Всякому, кто прочёл бы и сопоставил все собранные по делу "Стерегущего" материалы и документы, было бы совершенно ясно, насколько велик был подвиг «Стерегущего» даже и без недосказанного мифа… Пусть легенда живёт и живит будущих героев на новые беспримерные подвиги, но признайте же, что 26 ФЕВРАЛЯ 1904 ГОДА В БОРЬБЕ С СИЛЬНЕЙШИМ ВРАГОМ ЭСКАДРЕННЫЙ МИНОНОСЕЦ "СТЕРЕГУЩИЙ", ПОТЕРЯВ КОМАНДИРА, ВСЕХ ОФИЦЕРОВ, 45 ИЗ 49 МАТРОСОВ, ПОСЛЕ ЧАСОВОГО, ДО ПОСЛЕДНЕГО СНАРЯДА БОЯ, ПОШЕЛ КО ДНУ, ИЗУМЛЯЯ ВРАГА ДОБЛЕСТЬЮ СВОЕГО ЭКИПАЖА!» (Капитан 2 ранга Е. Н. Квашнин-Самарин).

Мужество экипажа русского миноносца потрясло и врага. В Японии его команде был воздвигнут памятник — стела из чёрного гранита со словами: «Тем, кто больше жизни чтил Родину».

Впоследствии имя «Стерегущий» не раз присваивалось кораблям российского и советского флота. Так, 21 декабря 2001 года на стапеле Северной верфи был заложен, а 16 мая 2006 года спущен на воду головной корвет типа 20380 «Стерегущий», который в настоящее время несёт службу в составе соединения надводных кораблей Балтийского флота.

Источники: РВИО, 100 великих полководцев. С.О. Макаров; «Крейсера», В.С. Пикуль, ВЕЧЕ-АСТ, Москва 2008; Интернет-портал «Чтобы помнили».

http://rosgeroika.ru/podvigi-v-nasledstvo/2016/march/steregushhij.-legenda-rossijskogo-flota


Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика