Информационное агентство «Белые Воины»

Русская линия

Пётр Махров

1.02.2017 


Без страха и упрёка!
К 100-летию зарождения Белого движения

Генерал Ренненкампф. Его боевая слава, крушение его блестящей карьеры и мученическая смерть от рук большевистских палачей. Махров П. [С.] Без страха и упрёка! // Часовой. № 430. Брюссель, 1962. С. 17—23.

От редакции: Хотя генерал Ренненкампф непосредственно не был участником Белого движения, он со слов его супруги Веры фон Ренненкампф «думал только о том, как ему присоединиться к движению генерала Корнилова. Он написал ему письмо, но ответ Корнилова перехватили и муж его не получил. Все интересы генерала Ренненкампфа сосредоточились на движении Корнилова. Он считал Корнилова большим патриотом и мучеником, действовавшим, невзирая на громадные трудности и даже на судьбу, которая ждала его…».

Плакат. Генерал П.К. Ренненкампф

Ниже воспоминания сослуживца генерала Ренненкампфа, которые вошли в очередную книгу серии «Белые войны». Книга называется «Генерал Ренненкампф» и выходит в издательстве «Посев» в текущем году.

+   +   +

Павел Карлович Ренненкампф родился 30 апреля старого стиля 1854 г., в замке Панкуль, в имении своего отца, под Ревелем, предки его были вестфальцы, переселившиеся в Россию в XVI столетии.

Он получил общее образование в Ревельской рыцарской школе, а военное — в Гельсингфорском пехотном юнкерском училище, каковое окончил в числе первых в феврале 1870 года и был выпущен корнетом в 5-й Литовский уланский полк. В 1877 году его командировали в Николаевскую академию Генерального штаба для держания вступительного экзамена.

В 1882 г. он окончил трёхлетний курс академии, за успехи в науках был произведён в майоры и переведён в Генеральный штаб, где в течение 13 лет занимал ряд ответственных штабных должностей.

На службе в Генеральном штабе он выявил свою талантливость, богатые, дарования и инициативу. Владея четырьмя иностранными языками, Ренненкампф приобрёл много знаний и сам писал на военные темы, проповедуя новшества, отвечавшие духу времени.

В 1890 г., 1 апреля, последовало производство его в полковники.

13 декабря 1895 года он получил в командование 36-й Ахтырский драгунский полк. Полк стоял в Меджибужье, в Киевском военном округе, командующим войсками которого был генерал Михаил Иванович Драгомиров, а его начальником штаба генерал [В. А.] Сухомлинов, будущий военный министр.

Своими неустанными трудами в деле подготовки ахтырцев к войне путём новых методов обучения и установлением более рациональной программы занятий, он заинтересовал кавалеристов 12-го армейского корпуса и его начальство.

Ему принадлежало введение длинных пробегов полком и создание «охотничьих команд» — прототипа «парфорсных охот».

На службу Ренненкампфа, отличавшегося независимостью характера и не боявшегося ответственности, и «новаторства», обратил внимание сам генерал Драгомиров, большой психолог и человек недюжинного ума, умевший ценить талантливых людей.

Не оставил без внимания Ренненкампфа и генерал Сухомлинов, не терпевший лиц, обладавших дарованиями и особенно способных отстаивать свои убеждения.

Как-то в беседе со своим начальником штаба, злословившим по адресу Ренненкампфа, Драгомиров возразил: «Из него выйдет большой полководец — люди, подобные Ренненкампфу оцениваются только во время войны»…

После четырёхлетнего командования 36-м Ахтырским драгунским полком, он был произведён в генерал-майоры с назначением начальником штаба Забайкальского казачьего войска, атаманом которого был генерал [Е. И.] Мациевский, а командующим восками Приамурского военного округа генерал [Н. И.] Гродеков.

16 июля 1900 года в службе генерала Ренненкампфа произошло для него неожиданное и важное событие. Генерал Гродеков, обеспокоенный боксёрским восстанием в районе Айгуна, где китайцы потеснили наш отряд генерала [К. Н.] Грибского, приказал генералу Мациевскому собрать в Благовещенске силы: полк пехоты, 12 орудий и две сотни казаков, поставить во главе генерала Ренненкампфа и поручить ему очистить побережье Амура от боксёрских банд.

Генерал Ренненкампф немедленно направился на помощь генералу Грибскому; разбил наголову китайцев и занял Айгун.

Затем, не теряя минуты времени, он ринулся на Цицикар, ворвался в него и своею решительностью и быстротой боевых действий столь ошеломил гарнизон города, что он сдался на милость победителя, а местный губернатор — мандарин — покончил самоубийством.

Далее генерал Ренненкампф ринулся на Гирин, занял его и взял в плен гиринского наместника.

Китайцы, поражённые стремительностью атак Ренненкампфа, прозвали его «Генерал Тигр».

По овладении Гирином, он бросился на Телин. Китайский главнокомандующий, узнав в Мукдене о приближении «Генерала Тигра», покинул столицу и бежал внутрь страны.

В боях от Айгуна до Мукдена генерал Ренненкампф разбил три китайских армии, бывших в десять раз сильнее его и захватил богатую добычу.

Генерал Гродеков, восхищённый подвигами генерала Ренненкампфа, снял с своей груди орден Святого Георгия 4-й степени полученной в награду от генерала [М. Д.] Скобелева и возложил его на грудь покорителя Маньчжурии.

Ранней весной 1901 г. генерал Ренненкампф был назначен командиром отдельной кавалерийской бригады, квартировавшей в городе Борисове Минской губернии.

Вступив в командование ею, он сразу принялся за обучение и воспитание бригады, на основании своего боевого, применяя методы подобно тем, которыми он обновил и одушевил свой 36-й Ахтырский драгунский полк.

До сих пор в Виленском военном округе только слышали о боевой славе Ренненкампфа, а теперь увидели его деятельность в подготовке к войне Борисовской бригады и его популярность ещё больше возросла…

1 февраля 1904 г. в Борисове, с почётом провожала Отдельная кавалерийская бригада своего командира, уезжавшего в Маньчжурию: генерал Ренненкампф был назначен начальником 2-й Забайкальской казачьей дивизии.

Прибыв на театр военных действий, он сразу же вступил в упорные бои с японцами в пограничной полосе. Всюду казаки и солдаты слышали от него только: «вперёд» и сам он был всегда впереди всех.

Его решительные контратаки в сражениях на реке Шахе японский маршал [И.] Ояма сравнил с атаками французской гвардии под Ватерлоо.

13 июля там генерал Ренненкампф был серьёзно ранен и эвакуирован в полевой госпиталь.

В этот же день состоялось его производство в генерал-лейтенанты. Он томился своим пребыванием в лазарете, преждевременно выписался из него и вновь вступил в командование своими забайкальцами.

В январе 1905 года, при общем отходе фронта Куропаткина в направлении на Мукден, генерал Ренненкампф сперва обеспечивал левый фланг, отступающих войск у Цинкетшана, а потом заменил раненого генерала [П. И.] Мищенко, действовавшего на правом крыле со своим конным корпусом. В первом случае он проявил удивительную стойкость, активность и отвагу, что заметил японский маршал [К.] Кавамура, разбившийся о сводный корпус Ренненкампфа, как о скалу, а во втором проявил свой талант выдающегося кавалерийского начальника.

Дальше до конца войны он командовал 7-м Сибирским корпусом и производил боевые разведки, готовясь к переходу фронта в наступление, но судьбе было угодно, чтобы он сослужил службу Царю и Родине на другом поприще.

В конце 1905 года, революция, проникшая в Сибирь, парализовала железнодорожное сообщение по сибирскому пути. Армии грозил голод и анархия.

26 декабря 1905 г. Государь повелел назначить генерала Ренненкампфа для восстановления порядка и усмирения разнузданной солдатчины на железнодорожной линии от Читы до Иркутска.

В короткий срок, благодаря своей популярности, без кровопролития, Ренненкампф выполнил эту задачу.

Его имя стало ещё более известно во всей России.

В Иркутске, после восстановления порядка на пути от Читы, генерал Ренненкампф был назначен командиром 3-го Сибирского корпуса. В этой должности он оставался по 5 января 1907 года. Когда последовало назначение его командиром 3-го армейского корпуса, штаб которого находился в городе Вильне.

Генерал Ренненкампф прибыл к новому месту службы в середине января 1907 года и немедленно приступил к обучению своего корпуса на основании опыта минувших войн.

Его методы подготовили к войне были новы. Он непрерывно посещал ту или другую часть своего корпуса причём, приезжая неожиданно, поднимал войска по тревоге, тут же давал задания маневренного характера и проводил их в исполнение. Делал это во всякое время суток, не взирая на погоду. Таким же порядком им были организуемы боевые стрельбы. Плац-парадную сторону он ставил на последнее место и уделял ей минимум времени.

При таких условиях офицерство должно было постоянно на чеку, а что оно и прозвало генерала Ренненкампфа — «Жёлтая опасность» (он носил форму Забайкальского казачьего войска с жёлтым суконным прибором).

На службе он был требователен, но немелочен.

Известный военный писатель и военный корреспондент, специалист по кавалерийской части, Генерального штаба генерал [В. Н.] фон Дрейер, в своих воспоминаниях так охарактеризовал Ренненкампфа: «Во всю мою жизнь я не встречал лучшего учителя и воспитателя офицеров и солдат, чем генерал Ренненкампф».

Боевая слава генерала Ренненкампфа не давала покую многим генералам в Вильне. В числе их первое место занимал начальник штаба округа генерал [А. Б.] Преженцов, подобно Сухомлинову, не любившему «новатора» командира 36-го Ахтырского полка Ренненкампфа, Преженцев возненавидел генерала Ренненкампфа за его популярность и манеру держать себя независимо, «умея служить, но не прислуживаться». Он делал всё, чтобы тормозить его продвижение по службе. 5 лет генерал Ренненкампф пробыл в должности командира 3-го корпуса.

На это обратило внимание не только виленское офицерство, но и общество.

В 1912 году в газете «Новое время» появилась статья знаменитого журналиста М. О. Меньшикова, в которой автор, отметив боевую славу генерала Ренненкампфа, выразил удивление, что он остаётся в тени в то время, когда другие генералы, менее его заслуженные, занимали высокие и ответственные посты.

Вскоре после этого, 5 октября 1912 года состоялось пожалование Ренненкампфа генерал-адъютантом Его Величества, а 13 мая 1913 года он был произведён в генералы от кавалерии с назначением командующим войсками Виленского округа.

Вступив в свою должность, генерал Ренненкампф немедленно принялся за обучение войск по способу, им применявшимся в бытность свою командиром 3-го армейского корпуса. Его редко можно было видеть у себя во дворце. Он всё время находился в поездках, посещая разные стоянки войск, обучая их манёврам, боевым стрельбам и контролируя «поверочные мобилизации».

Начальник штаба округа генерал Преженцов не выдержал такой «беспокойной» службы и однажды на манёврах, следуя верхом и не поспевая за командующим войсками, вынужден был «спешиться». Последнее повлекло за собой освобождение его от должности и он был заменён генералом [Г. Г.] Милеантом.

В 1914 году, со дня мобилизации, генерал-адъютант Ренненкампф вступил в командование 1-й армией, формировавшийся из войск Виленского военного округа, а генерал [А. В.] Самсонов стал во главе 2-й в Варшавском округе. Обе армии составляли Северо-Западный фронт, главнокомандующим которого явился генерал [Я. Г.] Жилинский. Юго-Западным фронтом командовал генерал [Н. И.] Иванов.

На основании Русско-французской конвенции, подписанной в 1913 году, русский фронт обязан был, не закончив полностью свою мобилизации, напасть на немцев и австрийцев возможно скорее, дабы привлечь на себя массу неприятельских сил, которые наносили главный удар против французов.

В силу этого на Северо-Западном фронте на 1-ю армию генерала Ренненкампфа была возложена задача вторгнуться в Восточную Пруссию, разбить там противостоящего противника и отбросить его на запад, стремясь отрезать от Кёнигсберга, а на армию генерала Самсонова — оказать содействие генералу Ренненкампфу наступлением на север, в обход Мазурских озёр. Фронт генерала Иванова получил приказ занять Галицию.

17 августа генерал Ренненкампф перейдя границу, смял неприятельский авангард у Стулупенена и стал преследовать его на линию Гумбинен — Гольдап, в районе которых сосредоточилась 8-я германская армия генерала [М. фон] Притвица.

Подходя к позициям, занятым противником, 20 августа генерал Ренненкампф, хотел дать своим войскам, утомлённым походами и боями, днёвку, но Притвиц, проявив инициативу, перешёл в решительное наступление. Генерал Ренненкампф немедленно бросился в контратаку. Произошло встречное сражение. Бой был кровопролитный. К полудню Ренненкампф разбил на голову немцев, которые численно превосходили русских, особенно, артиллерией. У генерала Ренненкампфа не было не одного тяжёлого орудия…

В это время генерал Самсонов начал развёртывать свою армию на линии Хоржеле — Млава и только один 2-й корпус вошёл в соприкосновение с войсками 1-й армии генерала Ренненкампфа. На французском театре положение было критическое: 20 августа в день победы Ренненкампфа под Гумбиненом, германцы вот-вот готовы были прорвать французский фронт на Марне.

Генерал Ренненкампф, разбив 8-ю армию Притвица, стал преследовать поспешно отступавших немцев на запад. Генерал Притвиц слал телеграмму за телеграммой в германскую ставку, прося помощи.

Вильгельм II повелел немедленно снять с французского фронта на Марне два армейских корпуса и одну кавалерийскую дивизию и спешно перевезти их в Восточную Пруссию в Мариенбург. Генерал Притвиц был смещён. Во главе войск в Восточной Пруссии был поставлен генерал [П. фон] Гинденбург с начальником его штаба генералом [Э.] Людендорфом, одним из талантливейших офицеров германского Генерального штаба.

Они прибыли в Мариенбург 22 августа и немедленно приступили к действиям.

Генерал Гинденбург выставил против Ренненкампфа демонстративный заслон, а всеми остальными своими силами обрушился на армию генерала Самсонова, какую и разбил под Танненбергом, взяв в плен два русских корпуса в ночь с 28 по 29 августа (13-й и 15-й). К довершению катастрофы генерал Самсонов застрелился.

Узнав об этом только 30 августа, генерал Ренненкампф немедленно двинул на выручку соседу два армейских корпуса (2-й и 4-й) с кавалерией, желая выйти в тыл противнику, но генерал Жилинский приказал приостановить этот манёвр…

Между тем Гинденбург, покончив с Самсоновым, решил повторить «Танненберг» для Ренненкампфа, загнав его в болота на нижнем Немане.

7 сентября обладая силами в полтора раз большими чем армия Ренненкампфа, Гинденбург перешёл в решительное наступление против него на линии Лабиау — Летцен, стремясь обойти русских с обоих флангов. Одновременно он заносил удар в центр.

В течение четырёх дней, как тигр, кидался генерал Ренненкампф против армии Гинденбурга, отражал яростные атаки противника.

Блеск его искусства маневрировать, решительность и активность в своё время были отмечены самим Гинденбургом, Макензеном и Людендорфом. [У.] Черчилль же в своих воспоминаниях выписал: «в русских анналах эти великие дела не должны быть обойдены молчанием».

14 сентября 1-я армия была выведена Ренненкампфом из опасного положения, хотя и понесла большие потери. Он привёл её на правый берег среднего Немана, бои прекратились, о чём он и донёс Великому князю Николаю Николаевичу. Верховный послал в ответ Ренненкампфу телеграмму: «От всего сердца благодарю Вас за радостную весть. Поблагодарите доблестную армию за труды, ею понесённые. С Вашей энергией и Божией помощью я спокоен за будущее»…

Но ни кто так правдиво не оценил деятельность победителя под Гумбиненом, как французский маршал [Ф.] Фош, сказав своему боевому сотруднику генералу Дюпону: «Если Франция не была стёрта с карты Европы, этим прежде всего мы обязаны России»…

17 сентября генерал Жилинский отдал свою последнюю директиву: 1-й армии занять оборонительное положение на Немане, а 2-й на Нареве. В этот день он был отчислен от командования Северо-Западным фронтом и его заменил генерал [Н. В.] Рузский.

Передохнув на Немане неделю, армия генерала Ренненкампфа вновь была готова к бою. С 1 октября она сражалась в районе Влацлавека, обеспечивая правый фланг русского фронта (2-й и 5-й армии), действовавшего на Висле у Варшавы против войск Гинденбурга.

С 16 ноября по 22-е генерал Ренненкампф отлично выполнил все возложенные на него задачи в Лодзинской операции. 22 ноября был почти затянут «Лодзинский» узел. Оставалось закрыть небольшой промежуток у Березин между 1-го армией генерала Ренненкампфа и 2-й [С. М.] Шейдемана, что было возложено на Ловический отряд, состоящий в 1-й армии.

Однако вследствие неправильного указания Рузским направления действий, в ночь на 24 ноября, полтора немецких корпуса успели прорваться сквозь кольцо русского окружения.

Так бесславно закончилась для нас Лодзинская операция, что произвело удручающие впечатление, как на фронте, так и в тылу. Одновременно стало известно об отчислении генерала Ренненкампфа от командования 1-й армией с назначением в распоряжение военного министра генерала Сухомлинова. Весть эта вызвала недоумение, удивление и негодование… Она как бы указывала на виновника Лодзинской неудачи. В настоящее время опубликована секретная частная корреспонденция генерала [В. А.] Сухомлинова с [Н. Н.] Янушкевичем с 22 сентября по 30 ноября 1914 года и ясно установлено, что в неудаче Лодзинской операции виноваты главным образом Рузский и Ставка. Сухомлинов же использовал это обстоятельство, выставив Ренненкампфа, как искупительную жертву.

Все попытки генерала Ренненкампфа получить указание на причины его удаления с поста командующего 1-й армией и просьбы его дать ему какое-либо назначение на службе в армии сказались тщетными.

Непонятным остаётся, как мог допустить такое крушение карьеры генерала Ренненкампфа Император Николай II, которому его генерал-адъютант прослужил верой и правдою без мала 50 лет и в 1905—1906 гг. спас трон монархию от гибели.

Но в 1917 году временное правительство вспомнило преданность Ренненкампфа монархии и на всякий случай заключило его в Петропавловскую крепость.

С приходом к власти большевиков, он был освобождён из крепости, благодаря ходатайству его жены, верной спутницы его жизни — Веры Николаевны — и уехал на жительство в Таганрог.

Там, в ночь со 2 на 3 марта 1918 года (старого стиля) чекисты его арестовали и препроводили в красноармейский штаб где находились комиссары: [В. А.] Антонов-Овсеенко, Каннуников и Родионов. Из них первый оказался главным лицом в этой тройке.

После формальных вопросов Антонов-Овсеенко предложил генералу Ренненкампфу стать во главе командования красной армией, предупредив его, что в случае отказа он будет расстрелян.

Генерал отказался… 29 дней комиссары терпеливо убеждали Ренненкампфа принять этот пост, но успеха не достигли. Антонов-Овсеенко отдал приказ расстрелять его на основании приговора, состоявшегося в Москве… Однако красноармейцы Таганрогского гарнизона отказались привезти это в исполнение. Тогда последовал приказ из Ростова двух палачей — полудиких черкесов.

В ночь с 31 марта на 1 апреля 1918 года генерал Ренненкампф был приведён на место казни. Палачи сняли с него одежду, поставили на краю могилы и стали мучить…

Прежде всего они выцарапали кинжалами глаза, а потом этим же оружием стали наносить удары по всему телу…

Ослеплённый, обливался кровью генерал-мученик, не обнаруживая страданий, продолжал стоять у ямы…

Не выдержали этой сцены даже звери палачи. Они покончили со своей жертвой несколькими выстрелами из револьвера и свалили его труп в могилу.

Умер генерал Павел Карлович Ренненкампф, но имя его продолжает жить, как символ — символ долга, доблести, чести и честности.

Автор этой статьи Генерального штаба генерал-лейтенант служил под начальством генерала Ренненкампфа с 1907 по 1913 год в городе Вильне. Весь материал, относящейся к этому вопросу сдан в исторический отдел русского института в Колумбийском университете (Нью-Йорк).


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru